BIS Journal №1(40)/2021

2 марта, 2021

Мимикрия под отечественное против отечественного

«Почему бы нам не сделать великой свою страну?»

Когда банки начинают говорить про 5–7 триллионов рублей, которые будут изъяты из объёма кредитования отрасли, то, видимо, подразумевается замена всего «железа» и ПО банков. Напомню также, что несколько лет назад Сбербанк объявил об обеспечении кредитных линий Huawei на уровне 600 млрд долларов, что широко обсуждалось. Но тогда почему-то никто не беспокоился, что эти деньги выводятся из кредитования российской экономики. Тогда почему бы этой же кредитной организации не обеспечивать кредитные линии для российского оборудования? Это вопрос сочетания тактических и стратегических целей.

 

МИФЫ ПРОТИВ МЕХАНИЗМОВ

В нынешних условиях сама банковская система, её здоровье и работоспособность – это государственный интерес, а вовсе не исключительно коммерческий интерес отдельных банковских организаций. В таком контексте необходимо развенчивание ряда мифов относительно отечественной и зарубежной ИТ-продукции. В частности, миф о дороговизне российских решений. Пример из сферы телекома: даже крупнейшие федеральные операторы жалуются на нынешние высокие цены телеком-оборудования. Причина в том, что, по сути, в телекоме сложилась олигополия 4–5 зарубежных вендоров, которые держат очень высокие цены. Сегодня они действуют в основном через товарные кредиты и продажи законченных решений. А при изменениях курса доллара операторы, которые воспользовались этими привлекательными кредитами, попали в жёсткую долговую зависимость. Так что дорогое отечественное оборудование — это, я бы сказала, экзистенциальный вопрос.

Ещё один миф — риски нарушения работоспособности критически важных ИТ-систем в результате импортозамещения. Для задач модернизации всегда используются тестовые зоны и мероприятия для тестирования качества систем. А совместимость с уже установленным зарубежным оборудованием в ходе постепенного перехода – это вопрос стандартизации. Если мы ведём разработку, следуя стандартам, все подключения будут работать нормально.

 

МЕТОДОЛОГИЯ ЕСТЬ, НУЖНА СТРАТЕГИЯ

В 2018 г. в рамках «Цифровой экономики» наша ассоциация выполнила исследовательскую работу по теме преимущественного применения отечественного ПО, телекоммуникационного оборудования и вычислительной техники на объектах КИИ. Там всё системно разложено по полочкам: вначале проводится аудит того, что есть, оборудование и ПО разбивается по группам риска. Причём начинать надо с верхнеуровневого ПО и оборудования. А поскольку по верхнему уровню у нас точно не всё есть, то, прежде чем запрещать что-то, надо создать своё. Но если стратегии такой деятельности нет, то, наверное, надо переформатировать госпрограммы.

 

ПРО ТИПОВЫЕ ТЗ

Ключевым элементом госпрограммы должно стать формирование типовых ТЗ на разработку недостающих ИТ-продуктов и решений. Такое ТЗ должно создаваться совместно банками-заказчиками и экспертами, а дальше выделяется финансирование и объявляется поиск разработчика оборудования с конкретными характеристиками и в указанные сроки. В этом механизме нет ничего особо нового — это так называемый контракт с отложенными обязательствами: тот, кто подписывается на эти условия, получает впоследствии гарантированную долю рынка. Здесь критически важно развивать внутреннюю конкуренцию ИТ-разработчиков, ведь самим банкам важно наличие по крайней мере двух российских поставщиков, чтобы избежать монополизма единственного вендора. В этом смысле единственный поставщик – ущербное решение, его нужно максимально избегать.

 

РЫНОК ПРОТИВ МИНПРОМТОРГА

Совсем иной подход к разработке новых решений сегодня использует Минпромторг. По линии департамента радиоэлектронной промышленности Минпромторга РФ идут, например, программы субсидирования отечественного телеком-оборудования, вычислительной техники. Разработчики приходят со своими проектами, их отбирают по определённым критериям. При этом каждый не только описывает, что он намерен разработать, но ещё и обеспечивает такой же объём внебюджетного финансирования, а также обязуется самостоятельно коммерциализовать свою разработку в определённый срок. Фактически самому разработчику предлагается за финансовую субсидию создать рынок сбыта для своей разработки, и это притом, что ни один НПА по формированию рынка для российской хай-тек-продукции пока не работает. На каком основании разработчик может обещать гарантированные объёмы продаж на конкурентном рынке, если его вообще никто не поддерживает? Иными словами, если рынок сбыта принудительно не формируется государством, то откуда возьмётся внебюджетное финансирование? И это не новость: абсолютно все страны, которые стали высокотехнологичными лидерами, занимались тем, что формировали рынки под своих разработчиков, как внутри страны, так и вне её.

Наши заказчики – неглупые люди. Если они поймут, что само государство открывает рынок для российских вендоров, они сами к ним придут. В ином случае – то, что мы видим сейчас, — заказчики не хотят вкладываться в проекты миграции на отечественную продукцию, предпочитая заниматься мифотворчеством. Ну а разработчики ищут выходы из создавшейся ситуации, и мы порой видим, что в реестр телекоммуникационного оборудования российского происхождения (ТОРП) приносят по третьему разу один и тот же маршрутизатор…

Нужен принципиально иной подход: вначале – задача, а от неё должны идти деньги, но не на субсидии, а на получение части рынка – он сразу формируется под тех исполнителей, кто действительно выполняет, поставленную задачу. Однако не надо начинать процесс импортозамещения с самого нижнего уровня «железа», и не надо пытаться сразу перевести на российскую продукцию всё.

 

МИМИКРИЯ ПОД ОТЕЧЕСТВЕННОЕ ПРОТИВ ОТЕЧЕСТВЕННОГО

Не надо также заниматься компанейщиной в стиле «пятилетку за 4 года» — полностью импортозаместиться в 2024 году. У такой задачи есть только два варианта решения: либо вся ИТ-инфраструктура компаний будет российской, либо весь пар уйдёт в свисток «бумажного» импортозамещения. Поскольку первый вариант недостижим, остаётся второй. И мы сегодня наблюдаем активную работу над корректировками критериев признания оборудования и ПО отечественным, в которой принимают участие самые разные группы лоббистов. А ведь эти критерии действительно нуждаются в корректировке – нужно, в конце концов, положить конец порочной практике «переклейки шильдиков», которая, к сожалению, по-прежнему процветает. В то же время лоббисты status quo, то есть отказа от перехода на отечественные решения – а к ним относятся в первую очередь крупнейшие компании из разных отраслей экономики, в том числе банковского сектора, – стремятся законодательно закрепить в этих критериях сложившуюся практику применения зарубежной продукции под видом «мимикрии» под отечественное.

Так, неурегулированность понятия «продукт ЕАЭС» на внутреннем контуре Союза по-прежнему обеспечивает статус российского продуктам локализации зарубежных дочек американских и китайских вендоров. Подчеркну, что при этом технологии в ЕАЭС не передаются. Но при нынешнем подходе к определению «товар ЕАЭС» можно ожидать повторения ситуации с белорусскими креветками и белорусским пармезаном и в высокотехнологичных областях. Кроме того, все НПА, которые сегодня дают преференции российской продукции, отталкиваются от тезиса про отсутствие аналога российской продукции, произведённой на территории РФ. Такой подход гарантированно ставит страну в положение вечно догоняющих. Нужно вместо аналогов опираться на национальные проекты и национальные стандарты.

 

ОТ ПРИНУЖДЕНИЯ К СТАНДАРТАМ

Таким образом, сложилась парадоксальная ситуация: на фоне всех призывов к импортозамещению отраслевые заказчики этого просто не хотят, а российских производителей мало кто об этом спрашивает. Так что заставить банки заняться ИТ-импортозамещением может только государство. И принуждение – это единственный метод. Зато потом те типовые решения, которые будут обкатаны на пилотных банках, станут тиражироваться и перерастать в национальные стандарты.

 

ОТ РОССИЙСКОЙ ТЕРРИТОРИИ К РОССИЙСКОМУ ПРОИСХОЖДЕНИЮ

Помимо принуждения, конечно, и побудительные стимулы надо использовать. Как минимум KPI топ-менеджмента банков должны быть связаны с импортозамещением. Правда, реализовать этот механизм нужно очень точно, чтобы не получилось то, что мы видим сегодня вокруг, — вендорозамещение вместо импортозамещения.

Есть отрадный факт: вице-премьер Юрий Борисов дал поручение внести изменения в 488-ФЗ «О промышленной политике» — ввести в регуляторную практику термин«оборудование российского происхождения». Это уже повторная попытка добавить этот термин в дополнение к нынешнему «оборудованию, произведённому на территории РФ». Будем надеяться, что статус вице-премьера позволит ему довести эту задачу до победного завершения.

 

ПОКУПАЙТЕ РОССИЙСКОЕ!

Идёт настоящая война старого и нового мира. В этой войне участвует много сторон – каждая со своими интересами: кто-то стремится сохранить прежние отношения с западными вендорами, кто-то – показать уверенный рост импортозамещения, не брезгуя «бумажными»цифрами, а кто-то цинично делает на этом бизнес. Очевидно, что в этих условиях никакая деятельная самоорганизация ИТ-отрасли невозможна. Сильные лоббисты формируют её под свои интересы. Это мы, в частности, видим по деятельности тематических консорциумов ИТ-компаний.

Но самое главное, что тормозит все процессы импортозамещения, — это отсутствие идеологии в форме здорового патриотизма. Типа того закона, который работает в Америке с 1934 (!) года. Он называется очень просто: «Покупай американское!» Давайте к нашим точно так же относиться! Почему бы нам не сделать великой свою страну?

Потому что когда у тебя нет больших задач, которыми ты «болеешь», ты начинаешь в первую очередь думать о своём кармане. Тогда любое хорошее дело превращается в «свечной заводик», который изготавливает, скажем, «переклеенное» оборудование. Вместо «боевых» партнёрств разработчиков, которые вместе создают прорывную отечественную продукцию, работает принцип: умри ты сегодня, а я завтра. А значит, большая задача никак не решается, потому что она требует объединённых усилий больших людских ресурсов.

 

МЕЖДУ АЛЬТЕРНАТИВ. СРЕДИННЫЙ ПУТЬ

Где же главная болевая точка? Регулятор должен уйти от парадигмы поддержки локализации к поддержке собственной разработки. Это вопрос выбора «срединного пути» между двух крайних альтернатив. Одна – это локализация. Это тупик. В любой момент всё производство может свернуться, и ты останешься ни с чем. И никакой экспорт в модели локализации не светит, потому что локализуют тебя ровно настолько, насколько это нужно зарубежному вендору из каких-либо, например, логистических соображений.

Вторая крайняя альтернатива — запрет всего зарубежного. Это вариант «бумажного» импортозамещения, для которого достаточно обосновать соответствующие критерии для ИТ-продуктов.

Срединный путь предполагает, что начинать масштабное импортозамещение надо с аудита ИТ-инфраструктур и анализа рисков. Затем составить план перехода и проанализировать эту дорожную карту, с точки зрения функциональности ИТ-систем. Для того, чего не хватает, с учётом всего существующего и оценок рисков госпрограммы переформатируются. Разработчики погружаются в разработки. Интеграторы приступают к внедрениям того, что можно устанавливать в организациях. А экспертные советы – их активность в плане импортозамещения вице-премьер Юрий Борисов поручил усилить – занимаются глубокой экспертизой того, что действительно разработано в России и какие компетенции надо развивать в первую очередь у отечественных разработчиков.

 

Другие материалы на главную тему выпуска BIS Journal №40 – «Импортозамещение в банках: 2021-2024»:

Импортозамещение в банках: между «да» и «нет»

Административное наказание против уголовного

5% против 95%

Эволюция против революции

Срединный путь против выстрела в ногу

Внутренний нарушитель против внешнего

Карта «Мир» против западных конкурентов

Смотрите также