4 мая, 2020

АНДО. Наличные. Надолго!

Тотальная цифровизация в кредитно-финансовой сфере изменила угол зрения на товарно-денежные отношения и в первую очередь непосредственно на сами деньги.

Сегодня деньги в общественном сознании связаны прежде всего с безналичными расчётами, всевозможными онлайн-сервисами, дистанционным банковским обслуживанием. Кредитные карты, айфоны, электронные кошельки заменили собой привычные бумажники, заначки и сейфы. Казалось бы, традиционные деньги — ​и новенькие хрустящие купюры, и мятые замусоленные бумажки, и звенящая мелочь в карманах — ​навсегда уходят из нашей жизни, а с ними и грандиозная отрасль, обслуживающая эту, можно сказать, глобальную сферу. Но так ли это? Наш корреспондент беседует с руководителями Ассоциации организаций в сфере наличного денежного обращения, инкассации и перевозки ценностей (АНДО) Еленой Меланич и Сергеем Касьяном.

 

— Можно ли сказать, что упорные слухи о близкой кончине наличных денег не преувеличены. Можно ли их опровергнуть? И стоит ли?

Елена Меланич. Безусловно, цифровизация — ​это объективный фактор, она проникает во все сферы нашей жизни, в том числе и в сферу денежного обращения. Во многом благодаря ей оборот безналичных денег в стране постепенно растёт. Но если абстрагироваться от вполне понятного рекламного шума, который сопровождает этот процесс, и обратиться к языку цифр, то мы увидим, что на сегодняшний день безналичный и наличный денежный оборот в стране распределяется примерно поровну. В прошлом году безналичный оборот составил 51 процент, но в то же время оборот наличных в абсолютной массе подрос на 2–3 процента.

Сергей Касьян. По мнению многих специалистов, оборот привычных нам наличных денег гарантировано сохранится до 2035 года. А дальше вообще ничего нельзя загадывать, так как объективных данных недостаточно.

 

— А дальше посмотрим?

Сергей Касьян. Да, там посмотрим. Но даже 15 лет — ​это очень большой срок. И не нужно забывать, что страна наша огромная, разноплановая, основная её территория удалена от центров, во многих местах нет не то что интернета, электричества порой нет. И люди, которые там живут, ещё очень долго будут оперировать в основном наличными. Покупать и продавать за наличные, копить их на чёрный день… Для них наличные по-прежнему незыблемая основа жизни. Да и не только в отдалённых районах, в городах все розничные предприятия оперируют наличными в гигантских масштабах, зарплаты часто выдаются наличными…

Елена Меланич. И все эти деньги нужно обслуживать: инкассировать, привозить-отвозить, складировать, считать, зачислять на банковские счета магазинов, предприятий… И это делается каждый день, причём, все в большем объёме. Так что слухи о кончине наличных денег действительно сильно преувеличены.

 

— Что на сегодняшний день представляет из себя отрасль наличного денежного обращения? Каковы её масштабы?

Елена Меланич. Костяк отрасли — ​это организации, которые инкассируют наличные у своих заказчиков — ​крупных, средних и мелких банков, торговых предприятий, государственных и частных компаний… У всех, у кого есть кассы, аппараты по приёму или выдаче наличных — ​от банкоматов до автоматов по продаже шоколада. Частные лица тоже нередко выступают заказчиками. Инкассаторы транспортируют деньги до кассовых центров, там эти деньги пересчитывают и зачисляют на банковские счета. Это основа. Из этих специализированных организаций и состоит наша Ассоциация. Но вокруг костяка существует множество смежных предприятий — ​технологические компании — ​вендоры, различные поставщики, торговые предприятия. Важнейшей силой отрасли является Банк России и другие регуляторы, как, например, правоохранительные органы…

 

— Как много людей в отрасли?

Сергей Касьян. Если учитывать заказчиков и смежников, то несколько миллионов. А что вы хотите? Почти всё взрослое население страны так или иначе имеет к ней отношение. Водители инкассаторских автомобилей, механики, ремонтирующие эти автомобили, работники Гознака и Монетного двора, полицейские и охранники, обязанные прийти на помощь инкассаторам, кассиры — ​их одних в стране, наверное, под миллион, операторы и ремонтники счётных машин, программисты, пишущие программы для этих машин… Не говоря уж о простых гражданах, несущих наличные в тот или иной магазин, откуда эти деньги обязательно заберут инкассаторы.

 

— А сколько людей в инкассаторских организациях?

Сергей Касьян. Трудно сказать. В отрасли около тридцати крупных организаций. Все организации, входящие в Экспертный Совет Ассоциации, оказывают услуги на высоком профессиональном уровне. Из них две — ​Росинкас и Сбербанк — ​очень крупные. Они имеют несколько тысяч броневиков и десятки тысяч сотрудников, оказывающих услуги по всей нашей стране.

 

— Ассоциация работает уже больше трёх лет и до этого три года подготовительного периода. Что сделано?

Елена Меланич. Регулярные заседания Правления принимают важные решения для жизни Ассоциации. Ежемесячно мы проводим заседания Экспертного Совета, на который собираются руководители, ведущие специалисты и представители Банка России, других регуляторов нашей отрасли, обсуждаем плановые и актуальные вопросы. Собственно, стабильная работа и есть непрерывный процесс строительства отраслевого сообщества — ​объединения профессионалов. Результаты таких заседаний — ​это всегда несколько важных решений, несколько кирпичиков в архитектуру отрасли. Главное, по-моему, что у нас получилось — ​это создать атмосферу общего дела.

 

— Расскажите, пожалуйста, подробнее.

Сергей Касьян. Например, одной из задач АНДО является создание отраслевых стандартов. Базовый стандарт «Инкассация и перевозка ценностей» мы уже разработали в 2017 году, и он применяется на практике. В работе ещё больше десяти стандартов. В том числе сейчас работаем над важным для цифрового контекста стандартом. В чём его суть? Сегодня счетно-сортировальные машины (ССМ) работают в разных программных форматах, которые часто не стыкуются с внешними (смежными) системами. Это вынуждает банки тратить значительные материальные и кадровые ресурсы на обработку полученных данных, составление отчётов и передачу их по инстанциям. Создание стандарта, унифицирующего интерфейсы взаимодействия ССМ с внешними системами — ​системами сбора данных о результатах обработки банкнот, системами удалённого мониторинга качества работы ССМ, системами роботизированной подачи и изъятия банкнот, системами видеоаналитического контроля процессов обработки и др. — ​позволит решить сразу много задач. В первую очередь, снизит затраты на разработку, внедрение и эксплуатацию интегрированных систем, сопряжённых с ССМ, а также повысит эффективность и надёжность работы этих систем.

Елена Меланич. Также мы работаем над стандартом по идентификации пачек банкнот и другими стандартами, которые позволят автоматизировать процессы инкассации.

 

— По сути ваша Ассоциация стала инициативным центром отрасли. Что мешает ей получить статус саморегулируемой организации?

Елена Меланич. В нашем Уставе это заложено, и вообще это одна из наших организационных целей. Однако есть проблема: отрасль относится к сфере финансового рынка, а в федеральном законе «О саморегулируемых организациях в сфере финансового рынка» саморегулирование в сфере инкассации не отмечено.

Сергей Касьян. В нашем случае это, конечно, казус. По базовому закону «О саморегулируемых организациях» 2007 года государство передаёт таким организациям определённые полномочия, чтобы эффективно развивать ту или иную отрасль, пробудить инициативу снизу, максимально задействовать творческий и соответственно экономический потенциал страны. Таким образом развитие отраслей идёт гармонично и полноценно, и одновременно резко сокращаются расходы государства на отраслевое управление, координацию и контроль. Наша Ассоциация именно с такими задачами и создавалась.

 

— Будем надеяться, что это временная трудность и она будет преодолена. Скажите, а какие возможности получит Ассоциация с получением статуса саморегулируемой организации? Как вы им распорядитесь?

Елена Меланич. Собственно, все направления нашей работы обозначены, и работа по ним уже активно ведётся. Статус саморегулируемой организации предоставляет дополнительные права и обязанности, чётко распределяет полномочия между всеми отраслевыми силами. А такое положение должно способствовать прогрессивному развитию. Возможно, статус саморегулирования позволит решить и такие сложные задачи как «тротуарный риск».

 

— Сейчас всё чаще идёт разговор о повышении культуры работы. Важно ли это для Ассоциации?

Елена Меланич. Да, Ассоциация старается формировать общеотраслевую культуру. Мы рассматриваем её как особый стратегический инструмент, который помогает ориентировать организации отрасли на общие цели, мобилизовать инициативу и облегчать продуктивное общение, направленное на принятие конструктивных решений.

 

— Спасибо!


Беседовал Игорь Некрасов

Смотрите также