BIS Journal №4(39)/2020

4 декабря, 2020

Большая тройка: Тегеран – Ялта – Потсдам

Организация шифрованной связи во время встреч лидеров союзных государств в 1943–1945 гг.

 

ТЕГЕРАН-43

Рис. 1. Встреча лидеров «большой тройки» в Тегеране

 

Тегеранская конференция проходила с 28 ноября по 1 декабря 1943 года, в ней участвовали Иосиф Виссарионович Сталин, Франклин Рузвельт и Уинстон Черчилль. Встреча стала важным этапом в развитии международных и межсоюзнических отношений, на ней был рассмотрен и решён ряд вопросов войны и послевоенного устройства мира.

Перед специалистами отдела правительственной связи (ОПС) НКВД СССР была поставлена крайне сложная задача. Шла война, И. В. Сталин был не только лидером государства, но и Верховным главнокомандующим Вооружёнными силами СССР, и было необходимо обеспечивать его правительственной связью всюду, где бы он ни находился.

Основным способом правительственной связи в то время была голосовая шифрованная высокочастотная (ВЧ) связь, именно её и предстояло организовать на территории Ирана нашим связистам.

Оперативная группа под руководством И. Я. Воробьёва и П. Н. Воронина выехала в Тегеран за месяц до начала конференции. По прибытии сотрудникам ОПС стало понятно, что им предстоит преодолеть серьёзные проблемы. Во-первых, до войны проводной связи с Тегераном у СССР не было. Во-вторых, из Тегерана требовалась организовать связь не только с Москвой, но и со всеми фронтами и армиями.

В ходе работ были использованы последние достижения как в техническом отношении, так и в области организации правительственной связи. Для шифрования голосовой связи был использован шифратор новейшей конструкции «Соболь II», разработанный под руководством выдающегося учёного В. А. Котельникова. Для шифрования текстов использовались шифрмашины с наложением гаммы и роторные шифраторы.

Советская делегация должна была разместиться в Тегеране в здании советского посольства, поэтому место развёртывания станции ВЧ-связи было очевидным. Кроме того, специалисты ОПС организовали передачу информации из иранского города Сари сразу по двум направлениям – на Баку и на Ташкент. Таким образом, удалось обеспечить и делегацию, и прежде всего И. В. Сталина устойчивой правительственной связью на весь период работы конференции.

Следует отметить, что в Тегеране впервые с начала ВОВ засекреченная телефонная связь в звене Ставка — фронт — армия была организована с использованием участков постоянных воздушных линий, арендованных у иностранного государства. Этот опыт оказался очень полезным и использовался в дальнейшем при проведении следующих встреч глав союзных государств в Ялте и Потсдаме.

 

ЯЛТА-45

Очередной встречей лидеров Большой тройки стала Ялтинская конференция, проходившая в Крыму с 4 по 11 февраля 1945 г. Помимо глав трёх союзных держав — Сталина, Рузвельта и Черчилля — в конференции принимали участие министры иностранных дел, начальники высших штабов и другие представители органов госуправления.

Серьёзным успехом советской разведки накануне конференции стало получение копии шифрованной телеграммы Черчилля Рузвельту. В ней английский премьер предлагал американскому президенту соображения, как совместными усилиями обыграть Сталина в Крыму.

В ходе конференции советским специалистам необходимо было обеспечить Верховному главнокомандующему не только связь со всеми действующими фронтами и тыловыми районами, но и внутреннюю засекреченную связь с членами нашей делегации. Связистам была поставлена следующая задача: необходимо обеспечить два устойчивых канала связи с Москвой и наличие не менее трёх-четырёх каналов связи с основными объектами в Крыму (Сарабуз, Саки, Севастополь, Ялта), а также внутреннюю защищённую телефонную связь основного объекта (Ливадийского дворца) в количестве 335 абонентских точек. Для организации правительственной связи непосредственно на объектах Крымского полуострова с Москвой, а также между ними туда в течение 8–22 января прибыли 11 отдельных рот войск правительственной связи (ВПС).

Основным средством шифрования речевой связи по-прежнему был «Соболь II», применялись и другие системы шифрования речевых сообщений. Для шифрования текстовых сообщений использовались шифраторы, упомянутые выше.

Ливадийский дворец, где происходили основные события конференции, был главным узлом связи. Он получил кодовое наименование "Долина". Работы по организации связи там начались ещё до прибытия в Ялту линейных подразделений ВПС. Силами связистов местного погранотряда уже в первых числах января была организована связь "Долины" с Симферополем, а через него и с Москвой, а также обеспечена местная связь первым трём абонентам, заранее прибывшим на объект. С прибытием 8 января 942-й роты ВПС началось окончательное оборудование узла связи и прокладка абонентских телефонных линий.

Вот что об этом пишут российские историки: «На объекте "Долина", а также на близлежащих объектах "Восточный" и "Западный", в течение двух дней от Ливадии до Севастополя был проложен американский кабель типа "гуппер" для нужд делегации США».

Американскую делегацию поместили в бывший царский дворец в Ливадии, где проходили основные переговоры. Это было связано с тем, что президент США Ф. Д. Рузвельт уже не мог передвигаться самостоятельно.

Английскую делегацию разместили в 20 минутах езды – в Воронцовском дворце в Алупке. Советская делегация расположилась в Юсуповском дворце в Кореизе. Во всех дворцах были организованы узлы связи, позволявшие связаться с любым участником конференции, кому был предоставлен телефонный номер. Для обеспечения бесперебойной работы ко всем станциям в дополнение к американским и английским специалистам были прикреплены сотрудники НКВД, знавшие английский язык.

При этом английская и американская резиденции были оснащены системами подслушивания. Вот что об этом пишет сын Л. П. Берии Серго Лаврентьевич, непосредственно принимавший участие в установке подслушивающих устройств: «Как и в Тегеране, в Ялте оборудовали подслушивающей аппаратурой все помещения, которые занимали участники конференции, но этим дело не ограничивалось. Новая аппаратура позволяла нам вести постоянную запись разговоров не только в зданиях, выделенных для американской и английской делегаций, но и, скажем, в парке с помощью направленных микрофонов. Если интересующий нас объект находился на расстоянии 50–100 м, проблем здесь не возникало».

Как отмечается в некоторых источниках: «Американцы, похоже, вообще не принимали никаких мер предосторожности». Однако это не так. В Ялте шла настоящая «война прослушек», американские и английские сотрудники спецслужб не только проводили мероприятия по выявлению советской аппаратуры (далеко не всегда успешные), но и пытались установить свою прослушивающую аппаратуру практически везде, куда они имели доступ. Наши чекисты эффективно выявляли такие жучки. При этом никаких официальных заявлений не делалось, и мы, и союзники предпочитали не ссориться, понимая, что разведка есть разведка и каждая сторона хочет иметь информационное преимущество.

При организации работ по оборудованию главного узла связи в Ливадийском дворце особое внимание уделялось их качеству. Так, наиболее значимые кабельные линии на объектах "Восточный" и "Западный" подвешивались по столбам на колышках каждый отдельно, а кабельный шлейф на 16 цепей от резервного столба до ВЧ-станции был подвешен на роликах. Более того, на всех важных направлениях узла прокладывались по 1–2 резервных линии, которые по первому требованию включались в работу. В результате хорошей работы советских связистов необходимости в ремонтных и профилактических работах практически не возникало, за исключением отдельных случаев, связанных с гололёдом и штормом, который трижды прошёл по южному побережью Крыма с 24 января по 7 февраля. В частности, был длительным и интенсивным гололёд на участке Ленинск — Керчь 1–2 февраля 1945 года. Это метеорологическое явление привело к массовым обрывам проводов и разрушений столбов, на которых они крепились. В результате этого перерыв связи по данной цепи составил 23 часа 45 минут. В ходе повреждения связь с Москвой осуществлялась через Мелитополь и Херсон.

 

SIGSALY

Интересно отметить, что американцы для обеспечения секретных переговоров своей и английской делегаций (в первую очередь Рузвельта и Черчилля) разместили в Севастополе уникальный аппарат шифрования речевой связи гарантированной стойкости SIGSALY, использовавший оцифровку речевого сигнала. Расскажем о нём подробнее.

Необходимость в срочной разработке и изготовлении аппаратуры такого класса возникла уже в начале Второй мировой войны в связи с успехами немецких специалистов во главе с доктором В. Обензорге в практическом дешифровании межконтинентальных телефонных переговоров высших должностных лиц США и Великобритании, которые проводились с использованием аналогового шифратора типа “А-3” с динамическими частотными перестановками (1941 г.). Немецкие специалисты перехватывали и дешифровали сотни, если не тысячи телефонных разговоров, зашифрованных системой “А-3”, поскольку такая техника была первоначально разработана немецкой фирмой Siemens в первой половине 1930-х годов.

Рис. 2. Немецкий криптоаналитик В. Обензорге и станция перехвата на побережье Нидерландов, с помощью которой перехватывались переговоры на линии связи Вашингтон — Лондон

 

За годы войны была постепенно создана правительственная система закрытой радиотелефонной связи США на основе вокодерных станций SIGSALY (известных также под названиями X-ray, Project X, The Green Hornet). Терминалы этой системы связи начиная с 1943 г. располагались в Вашингтоне, Лондоне, Алжире и Австралии, позднее в Париже, Северной Африке, Гавайях, Гуаме, Маниле, и после войны – в Берлине, Франкфурте и Токио. Один из терминалов был установлен на 250-тонном океанском лихтере OL-31, обеспечивавшем связь генералу Д. Макартуру во время войны на Тихом океане. Таким образом, первый мобильный телефон с гарантированной защитой от подслушивания представлял собой огромный теплоход!

Рис. 3. Реконструкция терминала SIGSALY из экспозиции музея АНБ США [nsa]

 

Рис. 4. Корабль OL-31 – первый мобильный телефон с гарантированной защитой от подслушивания

 

SIGSALY была самой большой из когда-либо построенных криптомашин. Каждый терминал содержал более тридцати стоек высотой свыше 2 м оборудования общим весом 55 тонн, занимал три больших помещения с кондиционированным воздухом (так как электронные лампы терминала потребляли 30 кВт электроэнергии) и обслуживался шестью операторами, которые не имели возможности прослушивания переговоров. Вместе с тем при сохранении режима секретности осуществлялись магнитные записи и стенографирование всех переговоров. К оценке криптографической стойкости шифратора привлекался легендарный Алан Тьюринг, принимавший участие в дешифровании немецкого шифратора «Энигма» (операция «Ультра»). В ходе этой операции под руководством Тьюринга был создан один из прототипов первого в мире «протокомпьютера». То есть первый настоящий компьютер Colossus был создан английскими инженерами 75 лет назад и предназначался для дешифрования немецкого шифратора Lorenz SZ40/42, стоявшего на самых секретных линиях Третьего рейха. По причинам чрезмерно больших размеров, сложности и дороговизны эксплуатации терминалы SIGSALY была вывезены из мест дислокации и выведены из эксплуатации в 1946 году.

Скорость линейной передачи спектрально-полосного вокодера терминала SIGSALY составляла 1650 бит/с, что было на пределе возможностей модемов “узкополосной” радиосвязи тех лет. При такой скорости кодирования разборчивость расшифрованной речи неизбежно оказывалась очень низкой. К тому же полностью отсутствовала узнаваемость голосов абонентов. В связи с этим нередко руководители США и Англии созванивались по открытым каналам связи и договаривались о том, что сейчас они будут говорить по SIGSALY.

Шифрование осуществлялось сложением с оцифрованной речью специальной ключевой последовательности (гаммы), а на приёмном конце соответственно проводилось её вычитание. Интересно отметить, что ключ (гамма) был записан на граммофонных пластинках, которые после сеанса связи уничтожались.

Рис. 5. Грампластинки - носители ключевой гаммы [nsa]

 

В связи с высокой секретностью оборудования все терминалы были физически уничтожены, а грифы секретности патентов, положенных в основу разработки, сняты только в 1976 году. В начале XXI века один образец терминала SIGSALY был воссоздан заново для постоянной экспозиции в Национальном криптологическом музее США.

 

ПОТСДАМ-45

Теперь рассмотрим организацию правительственной связи в ходе Потсдамской (пригород Берлина) конференции, проходившей с 17 июля по 12 августа 1945 г. В ней участвовали И. В. Сталин, новый президент США Г. Трумэн и У. Черчилль. В ходе конференции, 28 июля, У. Черчилля сменил вновь избранный премьер от партии лейбористов Клемент Эттли, но Черчилль остался в составе английской делегации и принимал активное участие в переговорах.

В Потсдаме обсуждались проблемы устройства послевоенной Европы, а также условия вступления СССР в войну против Японии. Основную работу по организации правительственной связи на основном узле, получившем условное название "Пальма", проводили специалисты ОПС НКВД под руководством заместителя начальника ОПС И. Я. Воробьёва.

Средством шифрования были все те же «Соболь II» как основной шифратор речевых сообщений и другие речевые и текстовые шифраторы, о которых упоминалось выше. Американцы и англичане использовали для передачи секретной информации берлинский терминал SIGSALY и другие средства.

В Берлине и непосредственно в Потсдаме все работы по строительству линий связи с нашей стороны производились личным составом 55 и 115 ОРПС. Подвеску всех типов кабелей и монтажные работы по телефонизации зданий также осуществляли военные связисты. Кроме того, для работ по прозвонке, расшивке и пайке освинцованных кабелей была привлечена специально созданная бригада кабельщиков. Поскольку все вышеперечисленные работы были выполнены качественно и в срок, связь объекта "Пальма" с Москвой во время всей конференции работала устойчиво.

 

ПРО АТОМНУЮ БОМБУ

Самая важная для президента США шифрованная телеграмма пришла накануне конференции 16 июля 1945 г. Из-за особой её важности помимо шифрования был применён условный язык. Дело в том, что в эти же дни завершилась подготовка к испытанию первой атомной бомбы, и Трумэн с нетерпением ждал сообщения о результатах.

Испытания проводились на базе ВВС в Аламогордо. Административным руководителем проекта «Манхэттен» по созданию атомной бомбы был генерал Л. Гровс. На испытания был направлен личный представитель президента Гаррисон. Сопровождавший Г. Трумэна министр обороны Г. Стимсон (тот самый, что в 1929 году, будучи госсекретарём, с фразой «Джентльмены чужих писем не читают» закрыл дешифровальную службу внешнеполитического ведомства США) держал руку «на пульсе».

И вот 16 июля Стимсон получил от Гаррисона телеграмму примерно такого содержания: «Доктор только что вернулся, исполненный энтузиазма и уверенный, что мальчик оказался таким же шустрым, как и его старший брат. Свет его глаз достигал отсюда Хайхольда, и я мог слышать его вопли на моей ферме».

Гаррисон и Стимсон были друзьями и хорошо понимали намёки друг друга. Содержание телеграммы в общих чертах описывало результаты успешных испытаний. При этом под «доктором» следует понимать Л. Гровса (подчинённые нередко называли его доктором); старший брат — испытанная ранее бомба; младший брат — вторая бомба, предназначенная уже для военного применения; Хайхольд — ферма Стимсона; ферма Гаррисона была расположена в сорока милях от Вашингтона. Поэтому Стимсону нетрудно было вычислить расстояния, на которых наблюдалась вспышка и был слышен звук взрыва. Г. Трумэн был в восторге от этих данных.

После получения этой информации Трумэн заявил своему окружению: «Наконец-то я получил хорошую дубинку для этих ребят». Речь, разумеется, шла об СССР. Американский президент поделился радостью с Черчиллем, решено было на следующий день рассказать об этом событии Сталину. Вопреки ожиданиям союзников И. В. Сталин весьма сдержанно отреагировал на это сообщение и лишь поблагодарил за информацию. Лидеры союзников даже подумали, что Сталин не понял, о чём его проинформировали. На самом деле советский лидер отлично знал о ходе работ по атомному проекту в США, и в Москву тут же полетела шифрованная телеграмма с предписанием резко интенсифицировать работы по созданию нашей атомной бомбы.

 

В заключение отметим, что опыт работы советских криптографов и связистов при организации связи во время встреч лидеров «большой тройки» оказал существенное влияние при создании регулярных шифрованных линий связи с советскими загранучреждениями (посольствами, консульствами и т. д.) и группировками войск, располагавшимися за границей в послевоенный период.

Смотрите также