ИИ-модели в недобрых руках сгущают туман войны

ИИ-модели в недобрых руках сгущают туман войны

Безудержное проникновение алгоритмов во все сферы жизни вызывает немало дискуссий в обществе. Особую тревогу вызывает растущая степень их вовлечения в вооруженные конфликты. В ходе войны с участием Израиля и США на Ближнем Востоке многие опасения экспертов реализовались в полной мере. Иран поневоле стал полигоном для испытания в боевых условиях новых платформенных решений на основе ИИ, что даёт нам богатую пищу для размышлений.

О резком изменении характера и темпов современной войны свидетельствует следующая статистика: в Иране за первые десять дней американцы атаковали 9500 целей, тогда как за два года войны в Ираке поразили только 7000. Как сообщило издание Bloomberg, для этого военным США пришлось задействовать самые сложные ИИ-технологии, которые им когда-либо приходилось применять в бою. Связка платформы Maven (Palantir) и чат-бота Claude (Anthropic) «предложила сотни целей, выдала для них точные координаты и ранжировала эти объекты по степени важности. Планирование операции, которая раньше занимала недели, происходило почти в режиме реального времени».

Правда, первые же удары американцев привели к трагедии: крылатая ракета «Томагавк» почему-то была запущена по иранской школе для девочек в городе Минаб, в результате чего погибло 168 детей и 14 учителей. Сбылись худшие предположения главы Anthropic Дарио Амодеи, который еще до начала трагических событий на Ближнем Востоке заявлял во всеуслышание министру войны США Питу Хегсету: «Мы не считаем, что нынешние модели ИИ достаточно надежны для использования в полностью автономном оружии. Такое допущение поставит под угрозу жизнь американских военнослужащих и мирных жителей».

В гневе на руководство компании, не желающей смягчить этические ограничения своего продукта для нужд армии, Дональд Трамп приказал всем госучреждениям прекратить использование нейросети Claude от Anthropic как «риск для цепочки поставок»: ее заменят на конкурирующие модели ChatGPT от OpenAI и Grok от xAI, проявивших большую сговорчивость. Меж тем впавшая в немилость Anthropic вынуждена защищать свое «доброе имя» в судебном порядке.

AI-first и стратегия ускорения ИИ

Ни министр Хегсет, ни тем более президент Трамп не настроены прислушиваться к экспертам, чьи мнения не согласуются с их установкой на мировое господство любыми средствами, которая на практике заменила собой доктрину America First и лозунг MAGA, насаждавшиеся в ходе предвыборных баталий. Реализации их планов служили запуск в 2025 году «Миссии Генезис», проекта «Золотой купол» (Stargate) с бюджетом в 500 млрд долларов и принятие официального плана действий США по достижению глобального доминирования в области ИИ, которые рассматриваются как «Манхеттенский проект 2.0». В этой связи Трамп витиевато объявил: «Наши дети не будут жить на планете, которую контролируют вражеские алгоритмы, защищающие интересы, которые не соответствуют нашим».

Взятый на вооружение Белым домом принцип «мир через силу» (peace through strength) получил отражение в целом ряде документов, включая ИИ-стратегию Пентагона, Стратегию национальной обороны 2026 года и президентскую Киберстратегию, опубликованную в этом марте. Как отмечают эксперты МГИМО МИД России профессор Анатолий Смирнов и магистрант Дарья Гавдыга, в совокупности эти документы определяют центральную роль технологического превосходства, прежде всего в области ИИ, квантовых технологий, кибербезопасности и high-tech, как основы глобального лидерства США.

В последние годы киберстратегии США совершили эволюцию: от военной активности (2018) к административному давлению (2023) и, наконец, к технологическому превосходству и алгоритмической скорости ответа (2026). При этом частный сектор выступает не объектом контроля, а главным инструментом кибермощи. Принятый в январе текущего года Министерством войны документ под названием AI Acceleration Strategy окончательно закрепил доктрину AI-first, согласно которой интеграция нейросетей в военные системы стала абсолютным приоритетом, отодвинув на второй план традиционные программы вооружений.

Новые подходы означают радикальное сокращение бюрократических барьеров, ускоренное развертывание экспериментальных систем и более плотную интеграцию гражданского и военного секторов; доступ персонала к инструментам генеративного ИИ на защищенных уровнях (Impact Level 5 и выше), с целью их использования в разведке, планировании операций и поддержке принятия решений; создание автономных роев (дронов, киберагентов, систем РЭБ), способных действовать на поле боя без постоянного контроля со стороны человека (программа Swarm Forge).

В результате акцент переносится на тестирование ИИ‑систем в сценариях с высокой степенью неопределенности, информационного шума, дезинформации и активного противодействия — от радиоэлектронного воздействия до кибератак на системы связи и управления. Таким образом, Пентагон создает «мозг» для будущих операций: децентрализованную, самообучающуюся сеть, способную одновременно управлять тысячами автономных единиц техники и осуществлять массированные кибератаки, резюмируют эксперты МГИМО.

Плох алгоритм от Palantir без противовеса

Операция «Эпическая ярость» (Epic Fury) стала полномасштабным полигоном для боевого тестирования систем цифрового доминирования. Сама подготовка к операции имела беспрецедентный характер: за несколько часов до налетов авиации американцы провели мощные кибероперации против правительственных сервисов, новостных сайтов и критически важных приложений и смогли оказать парализующее воздействие на системы противовоздушной обороны и военную связь Ирана.

Глава Центрального командования адмирал Брэд Купер описал применяемые ИИ-инструменты следующим образом: «Эти системы помогают нам за секунды обрабатывать огромные объемы данных, чтобы наши командиры могли отсеивать шум и принимать более умные решения быстрее, чем противник успевает среагировать. Они могут укоротить процессы, занимавшие часы, а иногда и дни, до секунд».

Maven Smart System от Palantir, будучи сложным инструментом военного планирования, собирает данные от систем наблюдения, логистики, датчиков и разведки, создает информационную панель для командиров и помогает им принимать решения. В ходе подготовки к потенциальному удару по Ирану система Maven предлагала цели, выдавала точные координаты и расставляла приоритеты в соответствии с их важностью.

Генерал-лейтенант армии США Джек Шанахан объяснил революцию в технологиях колоссальным объемом данных, на обработку которого не хватало людей. В недрах Пентагона подходящих решений не нашлось и тогда военные «обратились в Кремниевую долину, где почти мгновенно нашли стартапы, готовые предоставить компьютерное зрение и машинное и глубокое обучение». В то же время Шанахан как советник аналитического Центра новой американской безопасности взывает к разуму особо ретивых коллег: «Когда война набирает обороты, а давление растет — нужно находить все новые и новые цели, — просто должны быть сдерживающие факторы и противовесы, чтобы гарантировать: цели, которые выдвигаются на удар, действительно законные... А всякий, кто верит, будто искусственный интеллект как по волшебству разгонит туман войны, — просто дурачит вас».

Новая парадигма войны

Все-таки следует признать, что «обкатка» боевого алгоритма происходила и до операции Epic Fury. Вспомним, как американский спецназ за три часа захватил президента Николаса Мадуро в собственной строго охраняемой резиденции. Нейросети вычислили точное «окно уязвимости» — момент и место, где цель окажется с минимальной защитой. В китайском издании KepuChina на основе двух этих примечательных событий заключили: система не просто собирала данные, а строила поведенческие модели руководства. Она вычислила подходящие для ударов моменты, когда лидеры с высокой вероятностью окажутся в конкретных местах без надлежащего прикрытия ПВО. Согласно новой парадигме войны, главное оружие находится не в боеголовке ракеты, а в дата-центре, анализирующем информацию.

А как насчет специальной военной операции? Американские нейросети «наследили» и тут. Доктор политических наук, профессор кафедры мировых политических процессов МГИМО МИД России Елена Зиновьева объяснила, что Palantir помогает ВСУ в сборе сведений на основе данных коммерческих спутников, тепловых датчиков и разведывательных беспилотников, а также шпионов и гражданских лиц, которые сообщают о расположении российских подразделений через специально созданные Telegram-боты.

Система Skynode S, разработанная совместно с государственными и отраслевыми парт­нерами в США, ЕС и Украине для автономизации ударных БПЛА, в нарастающих масштабах испытывается в военных действиях ВСУ против России. Также активно используются наземные робототехнические комплексы, например, телеуправляемый гусеничный робот для поддержки пехоты MUTT (Multi-Utility Tactical Transport, США); гусеничные, дистанционно управляемые машины пехоты THeMIS (Германия), выполняющие различные задачи от логистики до боевых действий.

Аналитики американского Института изучения войны сообщили, что Украина уже начала массовое производство FPV-дронов с искусственным интеллектом. Правда, Россия тут ни в чем не отстает, поставляя на фронт беспилотники, которые в автономном режиме могут взлетать, получать задание и выполнять его. Военный эксперт Андрей Клинцевич привел пример их применения, когда на прошлой неделе группа «Ланцетов» в полностью автономном режиме и без радиосвязи достигла центра Киева, где нанесла удары по площади Независимости и одному из военных аэродромов.

Разумный «рой дронов» вместо солдат

Самым перспективным направлением внедрения ИИ в военной сфере многие эксперты считают взаимодействие дронов в воздухе. Пока ни одной армии мира не удалось реализовать идею «роя дронов» на практике, хотя Россия и Китай значительно продвинулись на этом пути. Есть информация, что в случае военной операции на Тайване КНР сможет одновременно запустить до 8 млн беспилотников, управляемых искусственным интеллектом. Дроны, которые общаются между собой, договариваются, кто какую цель берет на себя, будут представлять большую разумную силу, меняя качество войны, задавая новую реальность на грани фантастики.

На одном из совещаний председатель Военно-научного комитета (ВНК) ВС РФ — заместитель начальника Генштаба ВС РФ генерал-полковник Василий Трушин заявил, что внедрение ИИ-технологий рассматривается как одно из прорывных направлений обеспечения военного превосходства армии. Современные войны представляют собой «борьбу распределенных, сложно организованных систем», а человеческие возможности по обработке столь больших массивов данных ограничены.

Милитаризация ИИ со стороны США и их союзников создает угрозы международной безопасности и ставит вопрос о гуманности новых систем вооружения, полагает Елена Зиновьева. Это актуализирует выработку этических правил регулирования ИИ на международном уровне. Именно с такой инициативой выступает Россия, прежде всего, в рамках Рабочей группы открытого состава ООН по международной информационной безопасности. Эксперт отмечает: «ИИ может играть важную роль при решении задач обороны, борьбы с террористической угрозой, минной опасностью. Он может стать объединяющим фактором для мира, однако, препятствием на данном пути является стремление западных стран навязать свои стандарты и правила в данной области».