Finopolis 2021. О технологиях, которые «плетут сеть вокруг нас»

Finopolis 2021. О технологиях, которые «плетут сеть вокруг нас»

Конференция Finopolis 2021, не став из-за модной болезни «крупнейшей в России… для обсуждения тенденций и возможностей применения современных цифровых технологий в финансовом секторе», тем не менее и в камерном онлайн-формате оказалась весьма интересной.

Свою роль сыграли как гости, которые могли себе позволить иметь собственное мнение, так и выверенный сценарий представления этих мнений, включающий в том числе и некоторые результаты применения современных цифровых технологий – как удачных, так и неудачных.

«МЫ БАНКИРЫ, МЫ ТАК ВИДИМ»

В ходе стартовой пленарной дискуссии «На кончиках пальцев: опыт взаимодействия человека с технологиями» откровенно, а в некоторых случаях откровенно критически комментировались перспективы модных «клиентоцентричных» стратегий – от суперсервисов до метавселенных. Занимались этим первые лица лидеров финансового рынка (Центробанк, Альфа-Банк, Сбербанк, ВТБ): самая богатая женщина России – Татьяна Бакальчук – и женщина, наиболее осведомлённая в предметной области конференции, – Эльвира Набиуллина.

Глава Центробанка выступила одновременно и адвокатом дьявола цифрового финтеха, и его прокурором. Как это уже не раз случалось, Эльвира Сахипзадовна дипломатично расставила вешки сомнений в ряде мест «райского сада», которым нередко представляется обществу экономика, трансформированная цифрой. 

Технологии финтеха глава Банка РФ сравнила с сетью, опутавшей каждого человека. Посулы «клиентоцентричности» сервисов «цифровой финансовой экономики» были спроецированы ею на цену, которую придётся заплатить за подобную кастомизацию. Не обошла стороной Эльвира Сахипзадовна и ключевой вопрос той ESG-экономики, в которую мир вроде бы готовится войти: «…и точно ли это то, что нам нужно? Сможем ли мы в этой ситуации изобилия предложений сохранить здравые отношения?»

Все российские участники пленарки – Герман Греф, Пётр Авен, Андрей Костин и молодой банкир и матёрый предприниматель онлайн-ретейла Татьяна Бакальчук – оказались приверженцами применения современных цифровых технологий. Упомянули как неизбежность широкое использование так называемого искусственного интеллекта, выступили в поддержку масштабного «бесшовного» и «прозрачного» перетекания персональных данных (ПД) между информационными системами государства и бизнеса для реализации широкого «социального скоринга», изложили каждый своё уникальное видение перспектив превращения бизнеса в «клиентоцентричный» на основе суперприложений и экосистем… И единодушно, хотя и в разных выражениях, оценили идею метавселенной как преждевременную.

ОБЪЯТЬ НЕОБЪЯТНОЕ ИЛИ НУ ЕГО?

Приверженность руководства Сбера идеологии централизованной экосистемы хорошо известна. И для её воплощения банк покупает небольшие компании, имеющие в своём портфолио сервисы, предположительно привлекательные для клиентов. Хотя Герман Греф и отметил, что приобретения эти не такие уж и затратные, как утверждают злые языки.

Андрей Костин, добродушно покритиковав идею экосистемы в видении Сбера и сравнив её с благоустроенным гетто, выступил сторонником менее затратного и более гибкого партнёрства, нежели то, что реализуется в централизованной экосистеме.

А Пётр Авен оказался консерватором, считая, что разбрасываться по разным направлениям деятельности банку не пристало. Для успешности бизнеса следует очень хорошо делать своё – банковское – дело, предоставив клиенту возможность свободно искать дополнительные сервисы «на стороне». Хотя и идею партнёрства Пётр Авен не отвергал, оставляя при этом за клиентом бо́льшую свободу выбора, нежели та, что реализуется в экосистемном «гетто» или в партнёрстве «по ВТБ».

При этом совладелец Альфа-Банка исходил из того, что достигнутая «человеком со смартфоном» квалификация в поисках информации через этот самый смартфон, обеспечивает бо́льший комфорт и качество дополнительных услуг клиенту банка, нежели «гетто» маркетплейса.

Более того, Пётр Авен обратил внимание на возможный негативный эффект для банковского бизнеса в виде потери лояльности со стороны клиента в случае некорректной работы хотя бы одного сервиса экосистемы.

НЕМНОГО ДЁГТЯ

Интересной деталью выступлений и комментариев пленарки оказался критический настрой в отношении социальных последствий цифровизации. В частности, критика тезиса об экономии времени человеком, который «в один клик может получить то, что хочет».

Вот, например, комментарий главы ВТБ: «Цифровизация привела не к экономии, а к огромной трате времени. Откройте родительский чат, обсуждающий, что подарить детям к Новому году, и поймёте, что даже если родители договорятся, то потратят на это в два-три раза больше времени, чем если просто поедут в магазин и купят какой-то подарок. Обсуждение всего в Интернете, начиная с одежды известной теледивы и заканчивая вопросами школы, поглощает уникальное количество времени!»

В числе отрицательных сторон цифровизации была упомянута и растущая потребность населения в «пустом» общении в соцсетях или мессенджерах.

По мнению Германа Грефа, такого рода проблемы следует не просто видеть и критиковать, но искать пути их решения, разрабатывая и предлагая человеку варианты реального саморазвития за счёт высвобождаемого «цифрой» времени.

Не переоценили участники первой пленарки и возможности современных ИТ. Все как один выразили сомнения в технической возможности реализации идеи метавселенной. Глава Сбера рассказал о собственном негативном опыте использования технологий дополненной реальности, а Э. С. Набиулина косвенно покритиковала «алгоритмы идиотизма» искусственного интеллекта (не используя, впрочем, напрямую этот термин Стива Возняка) на примере работы с интеллектуальной музыкальной колонкой.

«НА СЛУЖБУ НЕ НАПРАШИВАЙСЯ!»

После безусловной поддержки лидерами идеи «социального скоринга» тема следующей пленарки – «Бесшовные рельсы цифровизации: возможно ли это?» – выглядела развитием дискуссии о возможности положительного опыта взаимодействия человека с технологиями.

Казалось бы, такая дискуссия – самое место для обсуждения принципиальных проблем от самой по себе необходимости тотальной цифровизации страны до её допустимых масштабов с учётом реалий национальной технологической независимости и возможности обеспечить безопасность такой системы. По крайней мере, можно было бы обсудить распределение ролей между государством и бизнесом.

Но, похоже, KPI под такого рода работу в Минцифры пока нет. Министерство в основном говорило о «допиливании» своего так нелюбимого согражданами «ИТ-ребёнка» в виде ЕБС. На сегодня к этой системе «прикручиваются» интерфейсы, призванные «упростить процесс сдачи биометрии» для того, «чтобы у пользователя возникла мотивация сдавать свою биометрию».

Тогда как ИМХО ключевая проблема для возникновения такой мотивации – обеспечение гарантий информационной и кибербезопасности (ИБ&КБ) комплекса ЕБС и предоставление гражданам убедительных доказательств наличия таких гарантий. Гарантий технологических и правовых.

Вместо этого был разрекламирован запуск процесса получения ЕСИМов – электронных SIM-картах без физического носителя – с помощью ЕБС. И это на фоне тлеющих скандалов с махинациями вокруг использования электронных «подписей» и мошеннических «корпоративных SIM-карт» (пока на классических физических носителях). А уж если у мошенников появится ещё и возможность получать ЕСИМы, «сдав биометрию не приходя ни в МФЦ, ни в банк»…

Уместно заметить, что на второй дискуссии всё же говорилось о проблемах ИБ&КБ. Но не со стороны государства, а из уст консерваторов Альфа-Банка (на этой дискуссии уже в лице его главного управляющего директора В. Верхошинского), и были произнесены лишь самые общие слова о желательной необходимости создания некоей платформы для отработки навыков и приёмов. Минцифры не проявило желания поучаствовать в обсуждении озвученной проблемы. ФСТЭК, ФСБ и соответствующие структуры Банка России на обсуждении вообще не присутствовали.

ОХ УЖ ЭТИ ПД!

Из дискуссий стало понятно, что правоприменение и правопослушание в отношении законодательства об обороте ПД у нас вполне обычное: «Строгость российских законов смягчается необязательностью их исполнения». При этом участники обратили внимание, что наши граждане сами по себе склонны к проявлению в соцсетях «душевного стриптиза», что снимает с финансово-кредитных организаций бремя этических страданий при сборе и использовании ПД.

Если же, минуя мораль, руководствоваться только буквой закона, то, по словам представителя Роскомнадзора на специализированной секции по вопросам оборота ПД, когда есть сомнения в принадлежности или непринадлежности информации к ПД, то её нужно считать ПД.

Более приемлемой «на земле» выглядела всё же позиция лидеров финансового рынка, тем более что при необходимости можно прикрыться рассуждениями о безопасности использования «обезличенных» ПД, об обеспечении должного уровня защиты прав номинальных «владельцев» ПД, обработкой данных только в интересах «достижения заявленных целей» и другими соображениями, вполне укладывающимися в такие реалии, как «закон что дышло…».

Ведь бизнес-аналитики и ИТ-визионеры уже ряд лет поддерживают мнение о перспективах работы с «цифровым профилем» клиента – в виде дополнительных доходов. А «ведущие ИТ-компании» готовы предоставить инструментарий для составления таких «цифровых профилей» и оказать услуги по эффективному его использованию.

Вот один из комментариев: «На рынке известны ситуации, когда и страховые компании, и банки обращаются к компаниям ИТ-сектора, чтобы сформировать более взвешенный подход к коммуникации с клиентом, анализируя историю поиска клиента, переписку и много других параметров, о которых современные граждане могут даже не догадываться».

Однако уместно заметить, что в ситуации, когда при проведении скоринга страховщиками анализируется от 40 до 80 параметров, а в практике банков количество параметров может исчисляться тысячами, под критерии оценки «добро на выдачу кредита» могут попасть и ненадёжные заёмщики. Что доказывается тревогой Центробанка в связи с ростом задолженностей по кредитам по всей стране.

И НЕМНОГО О ПРАКТИКЕ

«Цифровая ипотека» и приход на рынок розничного инвестора на волне технологии «инвестирования в несколько кликов» (лёжа на диване) – это темы Finopolis 2021, призванные представить практику «бесшовности» и «одного окна». Их обсуждение состоялось, было сказано много обнадёживающих слов о текущей пользе и грядущих перспективах. В том числе и о достижении высот в сфере воспитания нового Человека, который уже якобы прошёл этапы «стремления к зарабатыванию денег» и «любви к трате денег».

Но, как оказалось, ещё даже не решён вопрос, где должно находиться то самое «одно окно», в котором «бесшовно» будет оформляться «цифровая ипотека». А розничного инвестора по итогам года ожидают, скорее всего, обескураживающие результаты. Хотя г-н Вьюгин, представлявший Московскую биржу, произнёс лестные слова в адрес этого самого инвестора, который, во-первых, пришёл-таки на рынок, а во-вторых, неприхотлив в своих ожиданиях.

Тут можно предположить, что стратегия использования цифровых технологий в качестве посредника между поставщиками товаров и услуг и человеком намечена к безусловному внедрению, но тактика работы на основе этих технологий пока в зачаточном состоянии. И лежат вопросы стратегии и тактики в разных плоскостях. Стратегия – в плоскости инженерии ИТ, а тактика – в том, например, как обеспечить актуализацию и доступность данных Росреестра, как подготовить квалифицированного розничного инвестора и, если копнуть глубже, решить, является ли допуск такого инвестора на рынок, подверженный манипуляциям со стороны «хайнетов» и правительств, добросовестной практикой.

НА ПОСОШОК

Есть основания предполагать, что обсуждение «возможностей применения цифровых технологий в финансовом секторе» неактуально в контексте оценок «возможности» или «невозможности». Как хороший двигатель позволяет летать и бревну, так и современные процессоры, ПО, языки программирования и системы коммуникаций позволяют многое.

«Возможности применения» практически безграничны, и тут не о чем спорить. Но раскрытие этих самых «возможностей применения» актуально только в контексте возможностей безопасного применения – как с точки зрения кибербезопасности задействованных ИТ-архитектур и систем, так и обеспечения технологической независимости при их использовании (ведь мы уже балансируем на грани, присядьте на стульчик, запрета поставок мобильных телефонов).

А также не стоит забывать, что раскрытие «возможностей применения» тесно связано с пониманием реальных потребностей Человека. И с пониманием того, «чем платит человек за это удобство, дешевизну, комфорт…».

Но кого это волнует, кроме Э.С. Набиуллиной?